Тени империи и живая память писателя: Николай Лугинов о творческой поездке в Санкт-Петербург

В этом году благодаря Союзу писателей России у меня состоялась удивительная поездка — через Москву в Санкт-Петербург, куда меня пригласили принять участие в фестивале «Почерк».

Поездка оказалась как никогда кстати. В «прежней жизни», привыкший к частым разъездам, участию в съездах, симпозиумах и творческих встречах, я, признаться, подустал. Многие из тех мероприятий уже успели потускнеть в памяти, казались суетными, мешали сосредоточиться на главном. Тогда я часто спрашивал себя: стоило ли в них участвовать? А вот эта поездка дала мне очень много. Возможно, потому что таких предложений и приглашений давным-давно не было. И в эти дни я часто ловил себя на мысли, что наши собственные предположения о мире нередко ошибочны. Опираясь на них, мы принимаем неверные решения. Но об этом потом.

Москва. Встречи, которые переплавляют время

В Москве первым делом я встретился с давним наставником, учителем и другом, с которым знаком вот уже полвека. Я закончил роман, который писался очень тяжело, — на историческую тему, о V веке до нашей эры. Он называется «Инородец». Это история хуннского генерала, который волей обстоятельств и судьбы всю жизнь прослужил в китайской армии, дослужившись до высоких чинов. В этом романе, к удивлению самого автора, вскрылись многие универсальные истины человеческого бытия, древние, но совсем современные аспекты войны и мира.

И вот переводить его взялся великий Анатолий Ким. Между делом замечу, что его величие в наше тёмное время мало кому известно. Мы встретились, и целых полтора дня я отвечал на его изощрённые, совершенно неожиданные для меня вопросы — каждый писатель видит мир по-своему. Никогда не забуду его восклицание человека, прожившего вполне мирную жизнь: «Так это же роман про меня! Я ведь тоже где-то был и остаюсь инородцем». Конечно, это печальный факт, что многие, не нашедшие понимания в своё время, восклицали почти так же…

Москва встретила меня своей привычной суетой, но в этой суете я ощутил нечто важное — сосредоточенность на главном. Москвичи… Они кажутся занятыми, спешащими, но как только разговор заходит о литературе, о смыслах, они мгновенно переключаются, становятся внимательными и вдумчивыми собеседниками. Может быть, потому что Москва — это сердце, где бьётся пульс всей страны, и здесь, как нигде, чувствуешь ответственность за слово. Мы говорили о судьбах империй, о преемственности поколений — и я понял, что москвичи живут не только сегодняшним днём, они остро ощущают связь времён. Для них литература — не просто искусство, а инструмент осмысления жизни. И эта встреча дала мне новый заряд, новое понимание того, зачем мы пишем.

Санкт-Петербург. Тени империи и живая память читателя

26 июня мы с Христиной Карловой из Союза писателей выехали в Петербург. С первой минуты город окутал меня своей особенной, строгой и величавой атмосферой. Его проспекты, каналы и дворцы дышат историей — той самой историей, о которой я пишу в своих книгах. Здесь время течёт иначе: оно не ускоряется, а углубляется. В этом городе каждый камень помнит империю, и это совпадало с моими размышлениями о хуннах, о Чингисхане, о преемственности держав. Петербург — это город-текст, и я чувствовал, как мои собственные строки вплетаются в его многоголосие.

Петербуржцы… Они меня поразили. В их интеллигентности, сдержанности и врождённой любви к слову чувствуется особая культура. Они не просто слушают — они вслушиваются, не просто смотрят — они вглядываются. На моих встречах я увидел глаза, в которых горел неподдельный интерес. Они задавали вопросы, которые свидетельствуют о глубоком знании литературы и истории.

Меня удивило, что в памяти петербургских читателей до сих пор жив интерес к роману «По велению Чингисхана». Я думал, что в последнее время людское восприятие убыстрилось, и то, что люди слышали пять лет назад, уже тускнеет, а вскоре и вовсе забывается. Может, это воздействие фильма, снятого довольно давно, а может, в связи с СВО, когда люди стали серьёзно задумываться о своей стране, особенно о её имперской составляющей. Я признал свою ошибку: на этот раз признание было не горьким, а приятным. Значит, существует в памяти человеческой та узкая прослойка, которая сохраняется надолго, вопреки моим пессимистичным предположениям.

Ничем не выразить мою радость от встречи с моими друзьями — замечательным поэтом Николем Рачковым, председателем Санкт-Петербургского отделения Союза писателей России Борисом Орловым и другими петербургскими коллегами. В этих встречах, в этом городе я почувствовал, что литература — это не просто слова на бумаге, это живой нерв, связывающий людей, эпохи и державы.

Итог

Две столицы — две разные стихии. Москва — сосредоточенный, деловой, но удивительно отзывчивый город, где литература становится частью государственного мышления. Петербург — интеллигентный, задумчивый, где слово любят ради самого слова, ради его красоты и глубины. Москвичи и петербуржцы по-разному, но одинаково трепетно относятся к литературе. И эта поездка показала мне, что якутское слово имеет свой голос в обеих столицах.

В общем, поездка для меня была очень продуктивной и полезной. Я вернулся обновлённым, с новыми мыслями и новыми друзьями.

Спасибо организаторам и Союзу писателей России.

В моем блоге о якутской литературе:

Завершение года 105-летия Ильи Винокурова — Чаҕылҕан! Декабрь 2019 года.

20-летие Википедии. Википедия по якутски!

Презентация 3-й книги Матвея Мучина «Дьылҕам кэрэһиттэрэ»

20 лет под звон бубенцов

Онлайн встреча «Давайте вспомним…» памяти Василия Харысхала…

Книга о якутянах в 1-й мировой войне! Успейте сделать заказ!

«Предтеча» — презентация книги о трех великих тойонах имперской Якутии

Былатыан Ойуунускай – XXI-с үйэ дьонугар сахалыы тыыны тутар дьаакыр, сайдар суолу ыйар маяк

Өксөкүлээх — сахаларга этиитэ.