Интернирование: родился в лагере для японцев в Америке.

На фото: слева направо Мария Гаврильева и Стив Йошида.

3 года назад в Национальном Художественном Музее  Республики Саха (Якутия) прошла встреча с американцем японского происхождения Стивом Йошида, родившимся в американском концлагере у интернированных родителей — японцев во время 2 мировой войны. 

Господин Йошида рассказал о своей жизни и судьбе японцев в Америке в 20 веке, которые были интернированы в концлагеря, и после войны за одно поколение смогли подняться с самых низов американского общества и стать юристами, врачами и политиками.

В Википедии пишут:

Интернирование (лат. internus «внутренний; местный») — принудительное задержание, переселение или иное ограничение свободы передвижения, устанавливаемое одной воюющей стороной для находящихся на её территории граждан другой воюющей стороны или для граждан другой воюющей стороны, находящихся на оккупированной первой воюющей стороной территории, или нейтральным государством для военнослужащих воюющих сторон. В некоторых случаях интернированием называется лишение свободы или переселение государством своих граждан, считающихся неблагонадёжными (обычно — во время войн).

Интернированию могут быть подвергнуты:

Гражданские лица, оказавшиеся во время войны на территории воюющего государства-противника или на оккупированной этим государством территории.

-Военнослужащие, оказавшиеся на территории государства-противника в период временного прекращения военных (боевых) действий.

-Военнослужащие любого воюющего государства, находящиеся на территории нейтрального государства во время войны.

Также в прошлом интернированию подвергались гражданские лица, граждане воюющего государства, которые считаются потенциально опасными и склонными к сотрудничеству с противником. Примеры: интернирование членов американских и британских фашистских партий соответственно в США и Великобритании, помещение в лагеря граждан японского происхождения в США.

В случае интернирования военнослужащих задерживается также имеющееся при них вооружение и военная техника. Задержание военнослужащих воюющего государства-противника во время военных (боевых) действий интернированием не является, а представляет собой пленение.

Короткая экскурсия по галерее для Стива Йошида.

Выступление Стива Йошида на встрече с молодежью г. Якутска.

Родители Стива Йошида жили в Лос-Анжелесе и как тысячи японцев были заключены в американский концлагерь.

На сайте Крамола.инфо:

Неудобная история американских японцев во время Второй мировой войны

Американцы очень не любят вспоминать 17 марта 1942 года. В этот день началась отправка в концентрационные лагеря 120 тысяч граждан США — этнических японцев или полукровок.

Принудительной высылке подлежали не только этнические японцы, но даже те из американских граждан, кто имел среди предков только прабабушку или прадедушку японской национальности. То есть у кого была лишь 1/16 часть «вражеской» крови.

Менее известно, что под действие Указа Рузвельта попали и люди, имевшие несчастье оказаться одной национальности с Гитлером и Муссолини: в лагеря были помещены 11 тысяч немцев и 5 тысяч итальянцев. Еще около 150 тысяч немцев и итальянцев получили статус «подозрительных лиц», и все время войны они находились под наблюдением спецслужб и должны были сообщать обо всех передвижениях по США.

Примерно 10 тысяч японцев смогли доказать свою нужность воюющей Америке — в основном это были инженеры и квалифицированные рабочие. Они не были помещены в лагерь, но также получили статус «подозрительного лица».

На сборы семьям давалось двое суток. За это время они должны были уладить все материальные дела и продать свою собственность, в том числе и автомобили. Сделать это за такое короткое время было невозможно, и несчастные просто бросали свои дома и машины.

Их американские соседи восприняли это как сигнал к грабежам имущества «неприятеля». Запылали здания и магазины, несколько японцев были убиты — пока не вмешались армия и полиция. Не спасали надписи на стенах «Я — американец», под которыми погромщики писали: «Хороший японец — мертвый японец».

7 декабря 1941 года Япония атаковала военно-морскую базу в Пирл-Харборе на Гавайях. Назавтра США объявили агрессору войну. В течение первых пяти дней войны были арестованы или интернированы около 2100 этнических японцев как лица, подозреваемые в шпионаже, а 16 февраля арестовали и интернировали еще около 2200 японцев.

Первые японские эмигранты прибыли на Гавайи и на восточное побережье США за 60 лет до Пирл-Харбора – в 1891 году. Этих первых иммигрантов – «иссей» – влекло сюда то же, что и всех остальных эмигрантов: свобода, как личная, так и экономическая; надежда на лучшую, чем у себя на родине, жизнь. Уже к 1910 году таких «иссей» в США было 100 тысяч. Их не останавливали даже те рогатки, что ставила им американская бюрократия, например, в получении американского гражданства, ни антияпонская истерическая кампания, которую – без тени существующей сегодня политкорректности – вели против них американские расисты (Американский легион, Лига – за исключение японцев и другие организации).

Государственные органы явно прислушивались к этим голосам, и потому все законные возможности для продолжения японской иммиграции были перекрыты еще в 1924 году при президенте Кулидже. Тем не менее, многие «иссеи» испытывали восторг перед Америкой, не закрывавшей перед ними пути и лазейки хотя бы для их экономического роста. Тем более что в Америке появились и «нисеи»: японцы – американские граждане. Ведь согласно американской Конституции, дети даже самых бесправных иммигрантов – равноправные американские граждане, если они родились на территории США.

Более того, ко времени начала войны «нисеи» составляли значительное большинство среди американских японцев, и общая лояльность японской общины была подтверждена авторитетным отчетом Комиссии Куриса Мансона, созданной МИД США: никакой внутренней японской угрозы нет и никакого восстания в Калифорнии или на Гавайских островах ожидать не приходится!

В средствах массовой информации, однако, звучала иная музыка. Газеты и радио распространяли мнения о японцах как о пятой колонне, о необходимости выселить их с Тихоокеанского побережья как можно дальше и как можно скорей. К этому хору вскоре присоединились и политики высокого ранга, такие, как губернатор Калифорнии Олсон, мэр Лос-Анжелеса Браурон и, в особенности, Генеральный прокурор США Фрэнсис Биддл.

5 января 1942 года все американские военнослужащие японского происхождения были уволены из армии или переведены на подсобные работы, а 19 февраля 1942 года, то есть спустя два месяца и девять дней после начала войны, президент Рузвельт подписал правительственное распоряжение № 9066 об интернировании и депортации 110 тысяч американских японцев из оперативного района первой категории, то есть со всего западного побережья Тихого океана, а также вдоль границы с Мексикой в штате Аризона. Назавтра военный министр Генри Л. Симпсон назначил генерал-лейтенанта Джона де Витта ответственным за исполнение этого приказа. В помощь ему был создан Национальный комитет по изучению миграций во имя национальной безопасности («Комитет Толана»).

Поначалу японцам предложили депортироваться… самим! То есть переселиться к своим родственникам, проживающим в центральных или восточных штатах. Пока выяснилось, что родственников таких практически ни у кого нет, большинство оставалось у себя дома. Таким образом, в конце марта 1942 года более 100 тыс. японцев всё еще проживали в пределах запретной для них первой оперативной зоны тогда «на помощь» пришло государство, на скорую руку создавшее две сети лагерей для интернированных японцев. Первая сеть – 12 сборно-распределительных лагерей, охраняемых и с колючей проволокой. Они находились сравнительно недалеко: большинство лагерей размещалось тут же – в глубине штатов Калифорнии, Орегоны, Вашингтон и Аризоны.

То, что происходило с японцами на американском континенте, было чистой воды расизмом, никакой военной необходимости в этом не было. Забавно, что японцев, проживавших на Гавайях, можно сказать, в прифронтовой зоне, никогда и никуда не переселяли: их экономическая роль в жизни Гавайских островов была настолько важна, что никакие спекуляции не могли ее перешибить! Японцам давали одну неделю на устройство своих дел, но продажа дома или имущества не были обязательными условиями: институт частной собственности оставался незыблемым. Японцев свозили в лагеря автобусами и поездами под охраной.

Надо сказать, что бытовые условия там были весьма плачевными. Но уже в июне-октябре 1942 года большая часть японцев была перемещена в сеть из 10 стационарных лагерей, располагавшихся уже гораздо дальше от побережья, – во втором или третьем ряду западных американских штатов: в Юта, Айдахо, Аризоны, Вайоминге, Колорадо, а два лагеря – даже в Арканзасе, в южной части центрального пояса США. Бытовые условия были уже на уровне американских стандартов, но климат для новоселов был тяжел: вместо ровной калифорнийской погоды – суровый континентальный климат со значительными годовыми перепадами температур.

В лагерях все совершеннолетние были обязаны трудиться 40 часов в неделю. В основном японцы были заняты на сельхозработах и ремеслах. В каждом лагере были кинотеатр, больница, школа, детский сад, Дом культуры — в общем, типичный набор соцкультбыта для небольшого городка.

Как позднее вспоминали лагерники, администрация относилась к ним в большинстве случаев нормально. Были и инциденты — несколько японцев были убиты при попытке бегства (американские историки называют цифры от 7 до 12 человек за все время существования лагерей). Нарушителей порядка могли посадить на несколько суток на гауптвахту.

Реабилитация японцев началась почти одновременно с депортацией – с октября 1942 года. Японцам, признанным после проверки (а каждому вручалась специальная анкета!) лояльными США возвращалась личная свобода и право свободного поселения: повсюду в США, кроме той зоны, откуда их депортировали. Тех, кого признали нелояльными, свозили в особый лагерь в Тьюл Лэйке в Калифорнии, просуществовавший до 20 марта 1946 года.

Большинство японцев принимали свою депортацию со смирением, полагая, что это и есть лучший способ выражения лояльности. Но некоторые отказывались признавать депортацию законной и, оспаривая приказ Рузвельта, обращались в суд. Так, Фред Коремацу наотрез отказался добровольно покидать свой дом в Сан Левандро, а когда его арестовали, подал иск о неправомочии государства переселять или арестовывать людей на основании расовой принадлежности. Верховный суд рассудил так: Коремацу и остальных японцев подвергают репрессиям не потому, что они японцы, а потому, что состояние войны с Японией и военное положение сделали необходимым их временную разлуку с западным побережьем. Иезуиты, завидуйте! Удачливее оказалась Мицуе Эндо. Ее иск был сформулирован тоньше: у правительства нет права перемещать лояльных граждан без указания причин для такого перемещения. И она в 1944 году выиграла процесс, а вместе с ней выиграли и все остальные «нисеи» (граждане США). Возвращаться им было разрешено также и в места их довоенного проживания.

В 1948 году интернированным японцам была выплачена частичная компенсация за потерю собственности (от 20 до 40% от стоимости имущества).

Вскоре реабилитация была распространена и на «иссеев», которым, начиная с 1952 года, было разрешено обращаться за получением гражданства. В 1980 году Конгресс создал специальную комиссию по изучению обстоятельств появления приказа № 9066 и обстоятельств самой депортации. Вывод комиссии был четок: приказ Рузвельта был незаконен. Комиссия рекомендовала выплатить каждому бывшему японцу-депортанту 20 тыс. долларов в качестве компенсации за незаконное и насильственное перемещение. В октябре 1990 года каждый из них получил индивидуальное письмо от президента Буша-старшего со словами извинения и осуждения былого беззакония. А вскоре пришли и чеки на компенсацию.

Немного про истоки конфликта между Японией и США

Рузвельт приступил к устранению мощного конкурента в тихоокеанском регионе с того момента, когда в 1932 году японцы создали на севере Китая марионеточное государство Маньчжоу-го и выдавили оттуда американские компании. После этого американский президент призвал к международной изоляции агрессоров, посягнувших на суверенитет Китая (а точнее, на интересы бизнеса США).

В 1939 году Соединенные Штаты в одностороннем порядке денонсировали торговый договор с Японией, который действовал 28 лет, и пресекли попытки заключить новый. Затем последовал запрет экспорта американского авиационного бензина и металлолома в Японию, в условиях войны с Китаем остро нуждающуюся в топливе для своей авиации и металлическом сырье для оборонной промышленности.

Потом американским военнослужащим было разрешено воевать на стороне китайцев, а вскоре было объявлено об эмбарго на все японские активы в формально нейтральных США. Оставшись без нефти и сырья, Япония должна была или договориться с американцами на их условиях, или начать против них войну.

Поскольку Рузвельт отказался вести переговоры с премьер-министром Японии, японцы попытались действовать через своего посла Курусу Сабуро. В ответ госсекретарь США Корделл Халл вручил им встречные предложения, напоминающие по форме ультиматум. Например, американцы потребовали вывести японские войска со всех захваченных территорий, включая Китай.

В ответ японцы начали войну. После того как 7 декабря 1941 года авиация Военно-морских сил Страны восходящего солнца потопила в гавани Перл-Харбор четыре линкора, два эсминца и один минный заградитель, уничтожила около 200 американских самолетов, Япония в одночасье завоевала господство в воздухе и на Тихом океане в целом.

Рузвельт прекрасно понимал, что экономический потенциал США и их союзников не оставляют Японии шансов победить в большой войне. Однако шок и гнев от неожиданно удачного нападения Японии на Штаты был в стране слишком велик.

В этих условиях от правительства требовался популистский шаг, который продемонстрировал бы гражданам непримиримую решимость властей бороться с врагом — внешним и внутренним.

Рузвельт не стал изобретать велосипед и в своем указе оперся на старинный документ 1798 года, принятый во время войны с Францией — закон о враждебных иностранцах. Он позволял (и до сих пор позволяет) властям США помещать любого человека в тюрьму или концентрационный лагерь по подозрению в связи с враждебным государством.

Верховный суд страны в 1944 году подтвердил конституционность интернирования, заявив, что, если того требует «общественная необходимость», можно ограничивать гражданские права любой национальной группы.

Проведение операции по выселению японцев было поручено генералу Джону Деуитту, командующему Западным военным округом, который заявил в Конгрессе США: «Не имеет никакого значения, являются ли они американскими гражданами — они все равно японцы. Мы всегда должны проявлять беспокойство по поводу японцев, пока они не стерты с лица Земли».

Он неоднократно подчеркивал, что нет никакого способа определить лояльность американца японского происхождения звездно-полосатому флагу, а потому во время войны такие люди представляют опасность для США и должны быть немедленно изолированы. В частности, после Перл-Харбора он подозревал иммигрантов в том, что они посредством радио связываются с японскими кораблями.

Взгляды Деуитта были типичными для армейского руководства США, в котором царили откровенно расистские настроения. За перемещение и содержание высылаемых отвечало Военное управление перемещений, которым руководил Милтон Эйзенхауэр, младший брат командующего силами союзников в Европе и будущего президента США Дуайта Эйзенхауэра. Это ведомство построило в штатах Калифорния, Аризона, Колорадо, Вайоминг, Айдахо, Юта, Арканзас десять концлагерей, в которые свозились перемещаемые японцы.

Лагеря размещались в труднодоступной местности — как правило, на территории индейских резерваций. Причем для обитателей резерваций это стало неприятным сюрпризом, и впоследствии индейцы не получили за использование своих земель никаких денежных компенсаций.

Создаваемые лагеря были по периметру обнесены забором из колючей проволоки. Жить японцам предписывалось в сколоченных на скорую руку деревянных бараках, где зимой было особенно несладко. За пределы лагеря выходить категорически не разрешалось, охрана стреляла в тех, кто пытался нарушить это правило. Все совершеннолетние обязаны были трудиться по 40 часов в неделю — как правило, на сельскохозяйственных работах.

Самым большим концлагерем считался Манзанер в Калифорнии, куда согнали более 10 тысяч человек, а самым жутким — Тьюл-Лейк, в том же штате, куда помещали самых «опасных» — охотников, пилотов, рыбаков и радистов.

Почти молниеносное завоевание Японией громадных территорий в Азии и на Тихом океане сделало ее армию и флот почти несокрушимой силой в глазах американских обывателей и сильно взвинтило антияпонскую истерию, которую активно подогревали и газетчики. Так, Los Angeles Times называла всех японцев гадюками и писала, что американец японского происхождения вырастет обязательно японцем, но никак не американцем.

Раздавались призывы удалить японцев как потенциальных предателей и с восточного побережья США, вглубь страны. При этом обозреватель Генри МакЛемор писал, что ненавидит всех японцев.

Переселение «врагов» было с восторгом встречено населением США. Особенно ликовали жители Калифорнии, где давно царила атмосфера, похожая на расовые законы Третьего рейха. В 1905 году в штате были запрещены смешанные браки белых и японцев. В 1906-м в Сан-Франциско проголосовали за сегрегацию школ по расовому признаку. Соответствующие настроения подогрел и принятый в 1924 году «Закон об исключении азиатов», благодаря которому иммигранты почти не имели шансов получить гражданство США.

Позорный указ был отменен только через много лет — в 1976 году тогдашним президентом США Джеральдом Фордом. При следующем главе государства, Джиме Картере, была создана Комиссия по переселению и интернированию гражданских лиц в военное время. В 1983 году она пришла к выводу, что лишение американцев японской национальности свободы не было вызвано военной необходимостью.

В 1988 году президент Рональд Рейган от имени США письменно принес извинения тем, кто пережил интернирование. Им было выплачено по 20 тысяч долларов. Впоследствии, уже при Буше-старшем, каждый из пострадавших получил еще по семь тысяч долларов.

По сравнению с тем, как поступали в то время с людьми одной национальности с врагом, с японцами власти США обошлись гуманно. К примеру, в соседней Канаде японцев, немцев, итальянцев, корейцев и венгров ждала другая участь.

В канадском городке Гастингс-Парк по Указу от 24 февраля 1942 года был создан Центр системы временного содержания — по сути тот же концлагерь, в который к ноябрю 1942 года было насильственно перемещено 12 тысяч человек японского происхождения. На питание им выделялось 20 центов в день (в 2—2,5 раза меньше, чем японским лагерникам в США). Еще 945 японцев были направлены в трудовые лагеря усиленного режима, 3991 человек — на плантации сахарной свеклы, 1661 японец — в колонии-поселения (в основном в тайге, где они занимались рубкой леса), 699 человек — интернированы в лагеря для военнопленных в провинции Онтарио, 42 человека — репатриированы в Японию, 111 — заключены под стражу в тюрьме в Ванкувере. В общей сложности погибло при попытке к бегству, от болезней и жестокого обращения около 350 японцев (2,5% от общего числа пораженных в правах японцев — процент смертности был схож с такими же показателями в сталинских лагерях в невоенное время).

Премьер-министр Брайан Малруни 22 сентября 1988 года также принес извинения депортированным во время войны японцам, немцам и так далее. Всем им была положена компенсация за страдания в 21 тысячу канадских долларов на человека.

Стив Йошида с гордостью рассказал о том, что японцы, воевавшие в Европе, понесли самые большие потери в процентном отношении и японская воинская часть (в Америке из-за расизма все военные части были сегрегированы: белые служили с белыми, черные с черными, азиаты с азиатами) стала наиболее награжденной военной частью США.

ЯПОНЦЫ В АРМИИ США

На этом фото месят грязь японские солдаты. Японские солдаты армии США. Родственники многих из них находятся в лагерях для подозрительных лиц. Сами бойцы — практически смертники.

В феврале 1942 года, через два месяца после атаки на Перл-Харбор, указ президента Рузвельта разрешил выселение американцев японского, итальянского и немецкого происхождения. С тихоокеанского побережья в лагеря свезли 110-120 тысяч японцев.

Интересно, что процесс почти не затронул Гавайи, где расположена база Перл-Харбор, и раскинулась шпионская сеть врага. Японцы составляли там 1/3 населения, поэтому репрессии разрушили бы экономику островов. Американцы предпочли ничего не трогать.

Японцы продолжили служить даже в Национальной гвардии Гаваев. Они так хорошо проявили себя на учениях, что 1 февраля 1943 года, им разрешили вступать в армию США.

На фото месят грязь японские солдаты 442nd Regimental Combat Team, которых в 1944 году отправили воевать с вермахтом в Италию.

Это самое награжденное подразделение в истории американской армии: 18143 орденов и медалей на 14 тысяч служивших. По официальным данным, 93% из них были убиты, ранены или пропали без вести. Менее чем за год боев, в которых полком затыкали все дырки, штат 442nd обновился 2,5 раза.

21 японец получил высшую Медаль почета, 52 — медали «За отличную службу», 560 — «Серебряную звезду», плюс 9500 «Пурпурных звезд» за ранение, и прочая, и прочая.

Вот пример, когда верность флагу и присяге сильнее крови, культуры, языка.

На сайте «Сахалайф» выдержка из книги Капиталины Алексеевой:

12.08.2019

Японец, родившийся в американском концлагере, едет в Якутию с миссией Мира

19 августа в Якутск приедет Стив ЙОШИДА, народный дипломат, человек уникальной судьбы. Об этом SakhaLife сообщила Капиталина АЛЕКСЕЕВА, общественный деятель, почетный президент клуба Ротари города Якутска, лидер проекта «Антирак». В планах Стива Йошиды акции в поддержку мира, презентация его книги про личный опыт 25-летнего общения с сибиряками и дальневосточниками, участие в мероприятиях проекта «Антирак».

Сегодня SakhaLife публикует отрывок из книги Капиталины Алексеевой «Настанет день…», в которой автор рассказывает о своем друге Стиве Йошиде.

СЛОВО О ДРУГЕ

В 1994 году в Хабаровске жизнь преподнесла мне встречу с необычным человеком, дружбу с которым я считаю величайшим даром судьбы. Это – Стив Йошида из Хомера (Аляска), американец японского происхождения, человек, оказавший на меня огромное влияние. За это буду благодарна ему вечно. Таких людей, как Стив Йошида, в нашей жизни немного. Они самобытны, совершенны, интересны, я бы сказала, звездны.

Будучи с рождения не таким как все, он жизнь свою прожил и живет не так, как все. Это человек, который сам себя сделал: есть такое понятие – self-made man. Думаю, Стив повлиял не только на мою жизнь: именно ему принадлежит идея проведения Ярмарки здоровья в Якутске, благодаря его усилиям медицинские учреждения города получили в подарок уникальные муляжи, а многие российские студенты, в числе которых есть и якутяне, на его стипендии учатся в Японии и проходят стажировки в престижных университетах Америки. Думаю, тот факт, что он родился в лагере для интернированных, наложил определенный отпечаток на его жизнь и определил его предназначение в этом мире – искоренять недоверие, вражду, злобу между людьми, помогать слабым, укреплять мир и взаимопонимание между народами и странами. Это – его миссия, миссия мира и добра.

Я горжусь, что он называет меня не только другом, но и сестрой. И в этом он прав — ведь все мы братья в этом большом и порой жестоком мире.

Отец Стива, Роичи Йошида родился в городе Хиросима в Японии в начале прошлого века. Когда ему исполнилось 20 лет, решил поехать на заработки. Роичи давно мечтал попасть в Америку и заработать там много денег, но в это время по каким-то причинам США сократили прием иммигрантов из восточных стран. Движимый своей мечтой, он попал в Канаду. Много работал, брался за любое дело. В одну из поездок домой Роичи, как достигший зрелого возраста, был представлен Камео, девушке трудолюбивой, так же как и он мечтающей о счастливой жизни. Поженившись, они уехали в Канаду, но мечтали о свободной Америке. Каким-то образом им удалось перейти границу между Америкой и Канадой, и молодые обосновались в Калифорнии.

Камео работала горничной, Роичи – водителем, обувщиком, кем только ни работал, чтобы добиться относительного финансового благополучия, ведь для работящих людей Америка – страна больших возможностей. К этому времени появились дети, сыновья Дон и Так. Потом дела пошли в гору, семья заработала достаточно денег, чтобы купить овощной рынок в Таррансе, а затем и небольшой домик.

7 декабря 1941 года стал черным днем в истории Америки и перевернул жизнь 110 тысяч японцев, которые тогда проживали в США. В этот день японцы разбомбили тихоокеанскую базу в Перл Харбор. Американцев охватил ужас: на их территорию никогда ранее не падали бомбы, а тут они потеряли почти весь свой тихоокеанский флот. Это был настоящий шок для Америки!

Неудивительно, что с этого дня началась настоящая военная истерия. Все стали бояться японцев, проживающих на побережье Тихого океана – как раз там, где жили Роичи и Камео. Американцы боялись нового нападения Японии – теперь уже на мирное население. Штаты Калифорния, Орегон, Вашингтон обратились с письмом к Президенту Америки с требованием, чтобы японцы и американцы японского происхождения были выселены и изолированы где-нибудь в труднодоступных местах. В результате такого давления 19 февраля 1942 года президент Франклин Рузвельт подписал указ № 9066, согласно которому 110 тысяч японцев со всей Америки были размещены в лагерях интернирования. При этом более половины из них к тому времени были гражданами США, и никто из них никогда не демонстрировал нелояльного отношения к этой стране.

Для руководства процессом интернирования – составления точных списков, создания релокационных центров, организации лагерей – были созданы специальные военные департаменты, и в апреле 1942 года началось выселение японцев. Лагеря интернирования были рассеяны по всему западу – в пустынях Аризоны, Калифорнии, Юты, Айдахо, Колорадо и Вайоминга.

Я РОДИЛСЯ В ЛАГЕРЕ

Весна 1942 года была тревожной для семьи Йошида – стало известно, что их, японцев, будут выселять и отправлять куда-то. Извещение о том, что через три дня им предстоит все бросить и уехать из дома, Роичи принял мужественно.

Взяли лишь то, что приготовила Камео: детскую одежду, белье, документы, немного провизии. Бросив прощальный взгляд на дом, низко поклонившись тому, что им было так дорого, взяв мальчиков за руку, они, еле сдерживая нахлынувшие слезы, сели в автобус и поехали туда, куда им было предписано явиться. Начиналась тяжелая лагерная жизнь.

Сначала всех японцев собрали в центре интернирования, в который временно превратился знаменитый ипподром в Санта Анита, где они должны были ждать распределения по лагерям. Семьи были размещены в конюшне. Условия для проживания здесь были ужасные: в каждом стойле для лошади – по одной семье. Было очень грязно, стоял страшный смрад, особенно после дождя. Для славящихся своей чистоплотностью японцев это было страшным унижением.

Утро 29 апреля 1942 года в Санта Анита ничем не отличалось от других: уборка камеры, убогий завтрак, стирка белья. Камео с утра неважно себя чувствовала, но это не освобождало ее от обязанностей по лагерю. Она очень переживала в последние дни: ее тревожило неясное будущее, не покидало чувство жалости к оставленному дому и любимому делу. И хотя, по ее расчетам, ребенок должен был появиться на свет в мае, роды начались раньше.

Позднее Стив Йошида в своих документах напишет: «Я родился 29 апреля 1942 года в лагере для интернированных».

Как же сложилась жизнь мальчика, рожденного в американском концлагере? Кем он стал, как эти события отразились на его дальнейшей судьбе, карьере, что стало его с родителями, братьями?

Родители Стива за годы войны были в трех разных лагерях, а всего в Америке их было десять. Санта Анита был лишь пересылочным центром перед отправкой в настоящий лагерь. Если принять во внимание, что действие известного указа было приостановлено самим Рузвельтом в 1944 году, а последние лагеря интернирования закрылись в 1946-м, Стив мало что помнит из лагерной жизни — к концу срока пребывания семьи Йошида в «Тула Лейк» ему было всего четыре года. Но он помнит, как об этом рассказывали родители, которые не любили эту страницу своей жизни. Семья Йошида, как и все остальные, никогда не копались в истории, не искали виноватых в том, что американские власти сделали с ними, и не требовали наказания виновных. Много позже от правительства Америки интернированные получили, кажется, по 20 тысяч долларов «за моральный урон». Мне кажется, такая терпимость и всепрощение японцев – от мудрости.

Только Стиву повезло получить хорошее образование в то время, когда все остальные члены семьи день и ночь работали, что называется, не покладая рук. Сначала мальчика, который говорил только по-японски, отдали учиться в частную католическую начальную школу, потом в общеобразовательную среднюю школу в Лос-Анджелесе. В школе Стив столкнулся с жизнью средних американцев и понял, к чему он должен стремиться. После окончания школы родители отдали его в двухгодичный колледж, а затем ему удалось поступить в Университет Калифорнии в Лос-Анджелесе. Окончив университет, Стив, в духе того времени, получил две степени: одну по математике, вторую – по физике. Дело в том, что после окончания войны японцам легче было поступить на медицинский или на факультет естественных наук – там не было большой дискриминации, и люди ценились лишь по способностям. Впоследствии Стив с большим упорством продолжал учиться, как бы за старших братьев, которым объективные обстоятельства не дали возможности получить высшее образование и преуспеть в карьере. Позднее в Университете Калифорнии в Дэвисе Стив получил степень в области права. Это позволило ему начать успешную адвокатскую практику и заниматься ею последующие 25 лет. Частный бизнес давал ему свободу и независимость. Кроме того, Стив взялся за изучение японского языка, который был для него родным до 5 лет, но после основательно подзабытым.

Вскоре началась война во Вьетнаме – еще одна позорная страница в истории Америки. Неудивительно, что, имея столь печальный опыт, Стив был против участия в какой бы то ни было войне, но в этот раз ему повезло — его взяли в геодезическую исследовательскую организацию, работа в которой приравнивалась службе в армии. Здесь он получил возможность путешествовать и увидеть мир. Эта работа и привела его на Аляску.

Что касается родителей, то они всегда мечтали вернуться в Хиросиму, но после того, как в отместку за Перл Харбор американцы сбросили на город атомную бомбу, им посоветовали туда не возвращаться – ведь возвращаться было некуда. Почти все родные в Хиросиме погибли…

Если бы не трагедия в Хиросиме, семья Йошида, скорее всего, вернулась бы в Японию, и их судьба была бы совсем другой. Но не будем оперировать сослагательным наклонением – так сложилась жизнь, и ее не перепишешь заново.

После войны жизнь семьи Йошида была нелегкой. Еще не забыта бомбежка Перл Харбора, было много разного рода оскорблений на бытовом уровне, но все это приходилось терпеть. Помогло японское воспитание, сильный характер, врожденные терпимость и повиновение. Когда они вернулись из лагеря, оказалось, что у них ничего нет: ни дома, ни бизнеса. Семье пришлось жить в сыром подвальном помещении, где бегали крысы и стоял затхлый запах плесени, сырости и сгнивших продуктов. Чтобы выжить, надо было много работать. Тогда начать свое дело было почти невозможно, потому что японцам не разрешалось иметь бизнес на свое имя, а регистрировать его на какое-то подставное лицо им не хотелось, чтобы не вызывать конфликта с властями. Поэтому Роичи устроился в мастерскую по ремонту обуви в так называемом японском районе Лоc-Анджелеса. Камео же начала работать на швейной фабрике. Кроме того, она шила на дому, шила все, что ни попросят – точь-в-точь, как моя мама в Нюрбе.

Подрастали сыновья, старшие пошли работать, чтобы помочь родителям встать на ноги. Семья сделала ставку на младшего, Стива, который не был травмирован лагерной жизнью и легко мог вписаться в послевоенную жизнь Америки. Было решено по возможности отдалить его от жизни гетто, чтобы он смог чего-нибудь добиться в жизни. Стив понял, что от него ждет семья – учился прекрасно, и своим упорством и трудом оправдал возложенные на него надежды.

Вот что вспоминает о тех трудных годах Стив:

«С 6 до 14 лет я учился в католической миссионерской школе в Лос-Анджелесе. Жизнь там была очень строгой, скучной и однообразной, и я каждый год с нетерпением ждал летних каникул.».

В 1954 году не стало отца, он скончался от почечной недостаточности в результате сахарного диабета – сказались лагерные лишения. Мать осталась с сыновьями одна, прожила до старости и тихо скончалась в 1974 году в возрасте 72 лет. Роичи и Камео похоронены рядом на кладбище в Ист Лос-Анджелесе, где они прожили большую часть своей жизни.

В начале 70-х, окончив годичные курсы по туристическому делу, Стив поехал в Японию на знаменитую выставку ЭКСПО в Осаке. Он был менеджером павильона Аляски, куда он к этому времени переехал жить и которую успел полюбить всем сердцем. Рядом в павильоне Митсуи работала симпатичная девушка, которая привлекла внимание Стива. Девушку звали Ноко. По работе они виделись каждый день, встречая и приветствуя руководителей всех стран мира. Через полгода Стив увез Ноко на Аляску. Стив уверен, что это – единственный мудрый поступок, который он совершил в своей жизни.

Сегодня из семьи Роичи и Камео Йошиды остался в живых только Стив.

Сыновья Стива, Джин и Майк, еще не женаты. Они пока не поехали в Японию искать себе жен, как это сделали в свое время их дедушка Роичи и отец Стив. Кто знает, в нашем изменившемся мире, может, они поедут не в Японию, а в Германию, в Россию – кто знает…

У молодого поколения семьи Йошида все впереди…

Источник: Отрывок из книги Капиталины Алексеевой «Настанет день…»

Стив Йошида рассказал нам, что его родители отдали его в одну из лучших школ. И тихой гаванью, куда он прятался от житейских проблем в детстве, была учеба. Учеба позволила стать профессионалом и достичь высот в жизни.

Он советует молодежи учиться и ездить по миру, чтобы видеть мир своими глазами и самим составлять мнение о странах и людях, чтобы не быть марионетками средств массовой информации.

Общее фото на память.

Было очень приятно встретиться и послушать мудрого человека, который сделал себя сам, представителя поколения американцев японского происхождения, пробившегося на лидирующие позиции в американском обществе…

Нашей молодежи надо брать пример выживания в трудных условиях, чтобы выдержать конкуренцию в 21 веке, в веке 4 промышленной революции, а также пример возврата к истокам родной культуры, к живительной силе родного языка…

Ведь г-н Йошида поехал на работу в Японию, выучил родной японский язык и женился на японке…

Мои посты о международных связях:

Церемония вручения Почетной Грамоты Министра иностранных дел Японии!

Заводы Зеленых Растений: командировка в Японию!

Лекция «Якутия в советско-японских экономических связях»

Первая международная выставка в Якутии! «Японская промышленность. Якутск — 1992»

Первый якутский бриллиант!

«Ветка сакуры на земле Олонхо» — 30 лет побратимству Якутск — Мураяма!

Соболезнования от Якутского регионального отделения Общества «Россия-Япония»

50-летие «Ниппон Будокан»: Церемония сакэ «kagami wari».

Российская делегация во главе с Председателем Правительства РС (Я) В.М. Власовым на форуме «Рынок технологий АТЭС – 99»

На передаче «Якутск сегодня» — ветераны внешних связей РС (Я)!

Народная дипломатия: вчера и сегодня!

Об американских санкциях на заседании РАТОП в 2007 году!

125-летие Максима Аммосова в Киргизии

Международная Циркумполярная экспедиция в мае 1994 года!

Роль Первого Президента РС (Я) М.Е.Николаева в развитии внешних связей Республики Саха (Якутия)

Первый Форум соотечественников в Республике Саха!

Мой сайт: https://nikbara.ru/ — блог о разных интересных событиях

Сайт об усадебном хозяйстве в Якутии https://usadbaykt.ru/

Мой канал в «Яндекс Дзен» — NikBara

Мой блог в “Блогах Якутии” https://blogi.nlrs.ru/author/88287 — архив моих постов в Дневниках Якт.ру и новые посты о культурных событиях.

Просьба подписаться на мой канал «Николай Барамыгин» на Ютуб!

https://www.youtube.com/c/НиколайБарамыгин

И на мои аккаунты в социальных сетях!

«Одноклассниках» https://ok.ru/profile/500676253992

«В контакте» https://vk.com/nbaramygin

Мой канал в «Телеграм» https://t.me/nikbaraykt

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.